Выдающиеся гитаристы
ГОНСАЛЕС АДОН
Ученый Вентура Р. Линч в своей знаменитой книге «Буэнос айресское консаньеро», переизданной факультетом философии и филологии Буэнос Айреса, начиная представление аргентинских танцев, приводит в качестве примера «Гато», записанное Адоном Гонсалесом в деревне Асуль. Хотя Линч нам не уточняет, кем был Гонсалес, мы можем предположить, что речь идет об одном из жителей этой деревни,
пайядоре этих районов, и имя его мы отмечаем в этом сочинении как один из многих примеров гитаристов глубинки.
ГОНГОРА АРГОНИ ЛУИС.
Знаменитый испанский поэт. Родился в прекрасной Кордове 11 июля 1561 г. Отцом Гонгоры был Франсиско Аргони, коррехидор Мадрида очень известный и уважаемый судья. Почему же тот, о котором пишем биографию, взял профессию не Аргони, а фамилию своей матери Гонгора Леонор Оставим выяснение этого факта историкам литературы, которые, может быть, познакомят нас со многими подробностями из жизни семьи. Напомним только, что повторилось то же, что произошло сЭспинелем /см. Марсиано/ и др. Божественный Гонгора. «с которым на дороге искусства никто не мог сравнить талантом» всегда будет блистать как поэт среди великих всех времен. Это можно сказать с
уверенностью, достаточно посмотреть том XXXII «Библиотеки испанских авторов» Риваденейры, чтобы увидеть всю его широкую поэтическую индивидуальность. Мы, любители гитары, добавим, что многие его прекрасные стихи были прямо подсказаны гитарой и множество раз он переносил особое состояние духа на струны инструмента, прежде чем запечатлеть их в метафорах своих поэм!
Франсиско А. Де Икаса, талантливый мексиканский поэт, регистрируя некоторые кодексы «Национальной мадридской библиотеки», встретил среди нескольких поэм замечательного кордовца несколько листов с цифровой записью 17 века, что вызвало его интерес. Мы знаем, что Гонгора ездил в Саламанку, изучать музыку и шпагу и, располагая
этими данными, мексиканский исследователь нашел в Библиотеке в рукописи, зарегистрированной под № 4118, лист 433 кодекса, после чистого листа три произведения: «Веселая песня», «Гальярда» и «Ронденья», которые были переведены в современную нотную запись тем же человеком, который переложил сочинения для виуэлы, музыкантом
из Милана Лоренцо Гонсалесом Аргехасом. Гонгоре вменяется в вину его легкомысленное поведение; он ходил на бои быков на Пласа де ла Корредера, писал куплеты для комедий, которые, несомненно, декламировал: «куда приходят, как приходят в дома всех благородных людей, и даже чаще, так как я увлечен музыкой». Следующее его собственное утверждение подкрепляет сказанное, и во всех этих четверостишиях присутствует исполнитель:
В моей комнате…
Я беру маленькую гитару,
Которую я накаляю, как цирюльник,
И играю на которой, как варвар.
И еще одно, где он говорит:
Что я шел среди ночи,
Играл на своем инструменте,
Погаси, сеньора,
Водой мой огонь!
Мы поговорили уже о Гонгоре гитаристе; очевидно, он был весьма посредственным. Гитара, на которой играл великий поэт из Кордовы, имела современный строй: ми ля ре соль си ми. Наряду с этой настройкой, в Испании и Италии бытовала и другая: ля ре соль си ми ля. Совершенно однозначно нам это подтверждает Хуан Бермудо в
«Книге объявления инструментов», опубликованной в 1548 г. Если Бермудо дает нам две эти приведенные выше настройки, как для «придворной виуэлы», так и для «народной гитары», замечательно то, что изобретателем шестой струны был не Эспинель /1550 1624
гг./ и мы можем указать на «ляпсусы» Николаса Дойзи де Веласко в своем «Новом руководстве цифровки для игры на гитаре», 1630 г.; Гаспара Санса в «Инструкции по испанской гитаре», 1647 г.; а также Лопе де Вега в «Доротее», акт 1, сцена 8 и Христофора Суарес де Фичероа в «Общем обзоре всех наук», 1615 г.Луис Гонгора Арготе умер в Гранаде 23 мая 1627 г., через 3 года после «единственного в искусстве игры на гитаре» маэстро Эспинеля.
ГОМИС КОЛОМЕР ХОСЕ МИЛЬЧЕР ДИЕГО
Родился в Онтеньенте, в Валенсии, 6 января 1791 г. В 8 летнем возрасте он поступил в капеллу Кафедрального собора Валенсии, которой руководил знаменитый каталонский маэстро Хосе Пенса, прославившийся своими вильянсико и красочной музыкой. Естественная предрасположенность к музыке и экспансивный характер юноши покорили священника Пенса так, что он ввел Диего в свой
дом и в 14 летнем возрасте назначил его преподавателем детской школы, пост, который он сохранил до смерти своего покровителя в августе 1818 г., что явилось тяжелейшим ударом для Гомиса /в свидетельстве о рождении эта фамилия написана с последней буквой алфавита z/. Следуя предсмертным советам своего учителя, он с усердием занялсяизучением музыкальных архивов Собора. Средства на жизнь Гомис добывал некоторыми концертами в Валенсии и давал уроки игры на гитаре, инструменте, который он любил и на котором играл с наслаждением в
одиночестве. Он написал много песен для гитары, которые сохранились. Незадолго до того времени, когда умер его соотечественник музыкант Сальвадор Хинер и Видаль, Гомис написал «Руководство по сольфеджио с гитарным аккомпанементом», состоящее из 372 стр., с парной нумерацией до 186 стр., размером 15 х 10, вытянутое в ширину, в
первоначальной рукописи. Эта интересная книга попала к нам путем, которым попадает большинство хранимых с такой любовью реликвий. Если бы это руководство было издано, оно было бы еще одним отличием для гитары. Для этих целей я мог бы предложить его. Оно включает 163 Урока, во всех тонах, темпах и ключах, естественно, не забывая о том,
что гитара всегда в ключе «соль». У меня имеется также «Тирана» для голоса с гитарой, оригинальное произведение Гомиса Коломира, изданное в Лондоне Т. Ботсеем и К°, Холл Стрит, 28, интересное с двух
точек зрения исторической и фольклорной. Биографию Гомиса можно найти во всех более или менее важных словарях. Напомню, что он был автором опер «Проклятая», «Севильский дьявол», «Возвращающийся» и еще восьми, не считая квартетов и других сочинений разных жанров. Он написал также Руководство по сольфеджио, опубликованное
в Париже, которое считается значительным. Гомис был пенсионером французского правительства; его портрет висит в галерее
великих мастеров в Опера Комик в Париже. Он умер в этом городе, любимом Россини, Берлиозом и др., 4 августа 1836 г. После его смерти М. Виардо, один из самых престижных французских писателей, так
выразился в газете «Век»: «Мы не могли бы воздать должное Гомису только по его произведениям. Восхищаясь им как артистом, не надо забывать о нем и как о человеке. Я обращаюсь к тем, кто его знал. Обладая горячим, живым, полным воображением, Гомис имел полный огня и самых счастливых находок ум. Его беседа была оригинальной и
пикантной, как и его произведения. Кроме того, у него была прекрасная, благородная и нежная душа; он был гордым без пренебрежения, щедрым, но не кичился этим, чувствительным, отзывчивым и признательным; человек неизменно прямой, бесплодно искренний, что сразу же удивляло и, возможно, ранило злых людей, но скоро заставляло уважать в нем это ценное и редкое качество. Гомис никогда не поступал, не говорил и не думал плохо; он был хорошим в полном смысле этого слова, которое сделалось слишком общим, и если круг друзей его был узким, так как он жил вдалеке от мира и удовлетворялся
домом Сократа, он был, по крайней мере, уверен, что друзья его нежно любят и долго будут хранить память о нем».
ГОМЕС ПАРРЕНЬО ФЛОРЕНСИО
Известный поэт и гитарист любитель. В 1840 г. жил в Мадриде. Музыкальный журнал «Анфион Матретенте» в № 8 пишет о том, что они
получили от Гомеса Парреньо один оригинальный «Вальс» для гитары собственного сочинения и переложение хора из оперы «Севильский цирюльник». В № 11 того же издания от 19.03. 1843 г. мы видим прекрасные стихи «Зельмира», которые он посвящает
своей ученице «за ее успехи и большие способности к гитаре». В этом поэтическом сочинении мы видим образованного артиста, хорошо знавшего историю инструмента. Один неудачный этюд в ля миноре Гомеса Парреньо имеется в нашем собрании сочинений для
гитары; другое оригинальное сочинение «Мадридские щеголи» было опубликовано в последние года прошлого века в мадридском издательстве «С.А. Дом Дожезио». Авторитет Гомеса в гитарном мире был настолько велик, что его совета по поводу своей треногипросил Д. Агуадо и к его мнению и к мнению Ф. Сора он прислушивался.
Агуадо в приложении к изданию 1849 г. Раздел 1, глава 2, статья 2, говорит: «Мой уважаемый друг Д.Флоренсио Гомес Парреньо, адвокат и любитель гитары, которого не удовлетворило предварительное мнение Сора о пользе треноги, сам сделал треногу и после
разумных наблюдений за ее поведением в настоящее время является самым большим энтузиастом этого механизма, потому, что, по его словам, он не только облегчает исполнение всех видов пассажей, но и уверенность, которую внушает ему крепление гитары, расширяет границы воображения /несомненно, плодотворного/ и подсказывает
идеи и эффекты, свойственные этому прекрасному инструменту; он считает, что не смог бы их исполнить без помощи треноги. Рассказывая о своем друге и замечательном любителе, я должен сказать, что не знаю на сегодняшний день человека, который открыл бы больше достоинств в гитаре, что видно из его сочинений, особенно когда слушаешь их в его
исполнении». Известный гитарист Томас Дюма также имел очень высокое мнение о Гомесе Парреньо, которое он неоднократно выражал и посвятил ему сочинение под названием «Одинокий» /Тема с вариациями/.
По данным словаря Сальдони /т. IV, стр. 126/ Гомес Парреньо сочинял также произведения для оркестра. Наряду с другими общественными постами в 1877 г. он был вице президентом депутатского корпуса Мадридской провинции. Кроме того он был гитаристом любителем, он также продемонстрировал свою эрудицию в беллетристике. Мы приводим здесь следующее стихотворение, посвященное ученице
Зельмире: За ее успехи и прекрасную склонность к гитаре.
Счастливая смертная, дочь Аполлона,
Прекрасная Зельмира, приди, дай мне украсить
Твою грудь миртом и свежей розой.
Зеленый лавр украшает твое прекрасное чело,
И белая чистая лилия Уймето награда
Твоему прекрасному вдохновению.
Знаменитый другой в славные времена
Лиры Орфея мелодичный звук
Другой вздыхает о знаменитой Сафо:
Другая песня Марена, золотой цитары:
Я под звуки своей забытой лиры
Прославлю твой гармонический гений;
Который ты тщательно собираешь.
Кто же, прекрасная Зельмира,
Кто, скажи мне, научил тебя секрету
Заставить звуки чувствовать и говорить
Кто дал тебе этот нежный перебор струн
Трудной гитары,
Кто научил тебя нежно ранить Слушающих тебя,
Когда они внимательно прислушиваются
К нежному эхо, изумляющему слух.
С врожденной силой и непреодолимо
Опьяняя и отчуждая душу
Я смотрю, как смягчается густой лес
От переливов веселого щегла,
Ты восхищаешь дриад;
Я вижу, что Арминия уже не смотрит за загоном,
Замечая, как слаб ее голос;
Я вижу, как простой землепашец
Прерывает работу, услышав пение,
И вижу, как журчащий ручей
Останавливает свой поток, чтобы послушать тебя.
Какими же песнями и нежностью
И каким искусством, наряду с очарованием,
Трогаешь ты сердце
Ты приводишь в смятение души, если небрежно
Твоя побеждающая рука
Ранит струны, хотя бы и в воздухе.
Сколько раз я видел!
Как ты берешь гитару и устремляешь к грифу
Немного сбоку взгляд
И набираешь тысячу аккордов, грациозных,
Отдавшись на волю своим возвышенным мыслям,
Мне кажется, что я слышу, как ты исполняешь
Красивые сочинения выразительного и несчастного Уркуллу,
Нежного Сора, полные новизны и гармонии
Или восхитительного и трудного Агуадо другие этюды,
Я слышу, как ты с нежностью исполняешь:
Показывая тем, с какой чистотой преодолевает
Трудности твоя нежная рука,
Что ты любимая дочь Аполлона
И что небо тебе дало
Привилегированное воображение
Гармония Уркуллу, Сора и Агуадо
Приводит в экстаз мою душу,
Но как же наслаждается душа,
И какое новое удовольствие рождается в груди,
Когда ты их божественная исполнительница,
Если ты выполняешь фермату, ты растягиваешь
Сердце того счастливца, который слушает тебя,Если делаешь легато, уже пылающее сердце
Связываешь со своим, как тебе нравится.
Если выполняешь вибрато или трели,
Ты оставляешь в смятении душу слушателя.
Если ты играешь нежные флажолеты,
До обморока его, влюбленного, опьяняешь.
Если… Но куда, куда уносит меня моя удивленная фантазия,
Ты страстями руководишь по своему усмотрению
Никто не может устоять
Перед магической властью твоей гитары.
Я тоже на ней играл… Потому что
Божественная Евтерпа была моим большим другом;
Но не таким, как ты. Твои быстрые пальцы
Ранят ветра, соблазняя душу
В то время, как краска смущения на твоем чистом челе,
В то время, как девственная грудь тоже соблазняет
Наши очи; прелестная Зельмира,
Вокруг твоей гитары играют эхо любви,
Грации и удовольствие;
Слушатель в экстазе забывает о себе самом
И считает себя поднятым в сферы,
Где он восхищается твоей наукой и красотой,
И где он тебя считает своим богом.
Я тоже на ней играл, но
Небо вскормило
Твою чувствительную добродетель и твои прелести.
Я буду оставаться самым робким твоим почитателем.
Навсегда я тебе посвящаю
Свою гитару, голос и любовь».
ГОЛТЬЕ ЯКОВ
Родился во Франции, в Ливоне в 1600 г. Был лютнистом при Дворе
английский королей с 1617 по 1647 гг. Доктор Оскар Флейтер из Цербига в 1886 г. выпустил монографию на немецком языке, изданную Максом Вульфом, в которой упоминается Голтье под псевдонимом, «Яков старый». Был известен как виртуоз лютни и первый в семье лютнистов. Умер в Париже в 1670 г.